«С чего ты вдруг стал таким серьёзным в последнее время, Брат Цзи?» — Дун Ли похлопал по плечу Цзи Яна и сел рядом с ним.
Цзи Ян смотрел вдаль и ничего не ответил.
Дун Ли улыбнулся и достал сигарету. Он закурил и протянул сигарету Цзи Яну: «В последнее время ты постоянно о чём-то беспокоишься...»
Цзи Ян протянул руку и взял сигарету. Он воспользовался зажигалкой в руках Дун Ли, глубоко затянулся и медленно выпустил кольцо дыма.
«Старина Цзи, я давно не видел, чтобы ты курил. Раньше ты курил каждый раз, когда беспокоился о Сяо Чжо, но перестал курить с тех пор, как малыш вместе с Тан Тан переехали на базу. Я уж подумал, что ты бросил».
Возможно, никто бы и не подумал, что всегда безупречный и дисциплинированный Цзи Ян будет вести себя так по-детски. На самом деле Цзи Ян начал курить с пятнадцати лет, и делал это особенно яростно. Он мог выкурить две пачки сигарет за день. И так продолжалось до тех пор, пока не родился Цзи Сяо Чжо. С того момента, как Цзи Ян услышал детский плач, он стал следить за здоровьем. Лишь изредка, он мог скурить одну сигарету, когда отправлялся на миссию, так как беспокоился о Цзи Сяо Чжо и не мог увидеться с ним. С тех пор как Тан Тан и Сяо Чжо переехали на военную базу, Цзи Ян бросил курить. Сегодня он впервые за столько дней взял сигарету.
Очевидно, его что-то беспокоило.
Цзи Ян сбросил пепел: «Ничего такого».
Дун Ли совсем ему не поверил. Даже если бы он ничего не сказал, тот догадался бы сам: «Ты поссорился с Тан Тан? Всё настолько плохо?»
Цзи Ян затянулся сигаретой.
Похоже, так и было. Дун Ли не мог сдержать любопытства: «Вы действительно повздорили? Разумно было бы предположить, что такого не должно было произойти. Теперь, когда Тан Тан так хорошо себя вела, и заботилась о тебе, словно ты её ребёнок, разве могла она с тобой поссориться? Думаю, твоё бесстрастное лицо не пошло на пользу в этой ситуации».
О прежней Тан Тан Дун Ли не мог сказать ничего хорошего, но нынешняя Тан Тан стала мягкой, как моти. Она стала добросердечной и очень послушной, и превозносила Цзи Яна до небес. Неужели она решила повздорить с Цзи Яном? Такое просто невозможно.
Цзи Ян взглянул на друга и сказал: «Не угадал, всё не так, как ты подумал, у нас всё в порядке».
Дун Ли не поверил его словам. Он предположил, что, скорее всего, Цзи Ян не простил Тан Тан за её прошлые поступки, и тут же начал его убеждать: «Брат Цзи, пусть прошлое остается в прошлом, то что происходит сейчас, и произойдет в будущем — намного важнее. Поскольку Тан Тан потеряла память, тебе не следует цепляться за прошлое. Сейчас она стала очень хорошей, и со всей искренностью относится к вам с Сяо Чжо. Относись к ней более снисходительно. Давайте будем взрослыми людьми и будем вести себя разумно».
Цзи Ян бросил на него короткий взгляд: «С чего ты взял, что я переживаю о прошлом?»
Дун Ли задумался. Цзи Ян не из тех людей, кто будет чрезмерно заботиться о женщине, он просто не знал как с ними поладить. У него на лице всегда было невозмутимое выражение. Даже если его не волновали прошлые события, возможно, Тан Тан могла подумать, что это не так.
«Раз тебе нет дела до прошлого, то просто живите спокойно с Тан Тан. Тебе нужно относиться к ней лучше. Не забывай, что женщин нужно баловать. Если ты не будешь к ней добр, то не жди что она всегда будет отвечать тебе взаимностью».
Хотя у Дун Ли не было семьи, у него был большой опыт в любовных делах, и он действительно понимал, как ладить с женщинами, поэтому Цзи Ян не воспринимал его слова как шутку.
Дун Ли решил, что Цзи Ян продолжит молчать, но тот несколько раз затянулся сигаретой, и сказал: «...Я не злюсь на неё из-за того, что было раньше».
Дун Ли закатил глаза: «Не испытывать к ней неприязни и относиться к ней хорошо — это две разные вещи. Забудь, такой мужчина, как ты, ничего не поймет. Вот что я скажу, мы все должны отдать должное Чжан Чэну, из нас всех он относится к своей жене лучше всех. Ты же видел, как хорошо Чжан Чэн относится к Юй Вэй. Он отдает ей всю свою зарплату и делает работу по дому. Кроме того, он тепло провожает её и приветствует по возвращению домой, каждый год дарит ей подарки на день рождения и день Святого Валентина. Думаю, этот парень даже моет ноги своей жене перед сном!»
Дун Ли сказал это, и у него по спине побежали мурашки: «Неважно, не все могут баловать своих жен так, как Чжан Чэн. Мы мужчины слишком боимся потерять своё достоинство, но даже если постараться работать усерднее, и достичь хотя бы трети того, что делает он, уже будет хорошо. Уже этого будет достаточно, чтобы твоя жена была готова умереть за тебя».
Цзи Ян молча выпустил дым изо рта, посмотрел вдаль и задумался.
Отдавать все деньги? Делать работу по дому? Всю работу по дому делала Тан Тан, он ничего не делал, и все финансы находились под его контролем.
Тепло провожать и приветствовать по возвращению домой? Похоже, Тан Тан и это делала. Она провожала его на работу и встречала по возвращению, постоянно беспокоясь о нём.
Подарки на день рождения и день Святого Валентина? Похоже, он никогда не дарил ей подарков, только деньги, и он даже не знал, когда у неё день рождения.
Вымыть ноги? Даже это Тан Тан делала для него. Он никогда не делал для неё ничего подобного.
Задумавшись об этом, Цзи Яну показалось, что он никогда ничего не делал для Тан Тан. Она даже не покупала себе платья. Она сама шила себе одежду. Все деньги, которые он ей давал, она тратила на семью. Она ничего не тратила на себя.
Возможно, ей тяжело от того, что он плохо к ней относится. Поэтому она так несчастна в последнее время?
Дун Ли искренне надеялся, что его старый друг будет счастлив. Он видел перемены, произошедшие в нём благодаря Тан Тан и Сяо Чжо. Цзи Ян чувствовал себя счастливым, хотя и не осознавал этого. Поэтому Дун Ли не хотел, чтобы его друг потерял обретенное счастье только потому, что не понимал своих чувств.
«В прошлом я советовал тебе развестись с Тан Тан, но теперь ситуация изменилась. Тан Тан забыла о прошлом. Теперь характер у неё хороший, она стала доброй и добродетельной. Все твои младшие братья завидуют тому, как она балует тебя и Сяо Чжо. Кроме того, она биологическая мать Сяо Чжо. Если вы сможете забыть о прошлом и двигаться дальше, то так будет только лучше для Сяо Чжо. И многие видят, что ты действительно нравишься Тан Тан. Пока ты рядом, её взгляд всегда будет следовать за тобой. Такой взгляд вызывает одно расстройство у нас — одиноких мужчин. Так что, ты должен дать ей шанс. Так будет лучше для вас двоих, не позволяй Тан Тан ожесточить своё сердце».
Цзи Ян потушил ещё не выкуренную сигарету и выпрямился, чтобы похлопать Дун Ли по плечу: «Я ухожу».
«Эй, ты куда? Ты не слышал, что я сказал?»
***
Цзи Ян пришел домой намного раньше обычного. Тан Тан сидела на диване и шила одежду. Она очень удивилась увидев, что Цзи Ян вернулся так рано: «Ты так рано вернулся? Я ещё не готовила ужин, я пойду и приготовлю прямо сейчас».
Цзи Ян остановил её, придерживая за плечи: «Ещё рано, я подожду, можешь продолжать заниматься своими делами».
Тан Тан посмотрела на часы и убедилась, что для ужина было ещё рано. Ужин можно было приготовить позже. Она бросила на Цзи Яна быстрый взгляд, опустила голову и продолжила шить.
Цзи Ян молча сидел на диване и наблюдал за тем, как она управляется с иголкой, а затем перевел взгляд с её рук на одежду, которую она шила.
«Это платье отличается от того, что ты шила некоторое время назад», — внезапно сказал он.
Тан Тан кивнула: «В прошлый раз я шила платье для Вэнь Вэнь. Я уже отдала его ей. Теперь я шью аоцюнь для Цзи Юэ. В прошлый раз на празднике бабушки Чжо в честь дня рождения, она сказала, что хочет себе такой же наряд. Я пообещала сделать его для неё».
Цзи Ян облизнул губы, и задумался, устремив свой взгляд куда-то вдаль. Он вспомнил, что, когда Тан Тан впервые купила ткань, она сказала, что купила ткань для него и Сяо Чжо. Она сказала, что собирается сшить для него рубашку, а для Сяо Чжо комбинезон. Но он ещё не видел, чтобы она шила ему рубашку.
Она больше не хотела шить её для него?
Цзи Яну вдруг стало очень некомфортно, но он не мог спросить, в чём дело, и это его немного раздражало. Он просто встал и захотел найти себе занятие, но ничего не мог придумать. Дом был очень хорошо убран, и ему нечего было делать. Ему ничего не оставалось, кроме как зайти в комнату, взять свои военные книги и начать читать.
Однако, взяв книгу, Цзи Ян не мог понять, что в ней было написано. Он просто отложил книгу, закрыл глаза и погрузился в раздумья. Через несколько секунд он достал свой мобильный телефон и позвонил Гу Чжан Аню.
Гу Чжан Ань очень удивился, когда тот позвонил ему в такое время. Но когда Цзи Ян произнёс первую же фразу, у него подбородок отвис от удивления.
«Что ты обычно делаешь, когда Цзи Юэ расстроена?»
Гу Чжан Ань решил, что неправильно его понял, и переспросил: «Что ты сказал?»
Цзи Ян снова повторил: «Что ты обычно делаешь, когда Цзи Юэ расстроена?»
Гу Чжан Ань наконец убедился, что правильно всё расслышал, и поднял опустившийся подбородок. После долгого молчания он сказал: «Тан Тан расстроена, и ты хочешь её утешить?»
Цзи Ян ничего не ответил.
Гу Чжан Аню вдруг захотелось рассмеяться. Он не ожидал, что наступит день, когда Цзи Ян, который никогда не обращал внимания на женщин, захочет утешить свою жену. Гу Чжан Аню вдруг захотелось поделиться этим со всеми. Что же ему делать?
Но как бы он этого не хотел, он не мог этого сделать. Гу Чжан Аню пришлось сдержаться, чтобы не рассмеяться во весь голос. Он попытался сделать вид, что ничего особенного не произошло: «Всё просто! Если Цзи Юэ расстроена, я дарю ей подарки. Я покупаю для неё красивую одежду и украшения, иногда косметику или средства по уходу за кожей. Она сразу же становиться счастливее».
Гу Чжан Ань сказал это, и его голос внезапно стал более серьёзным: «Но, брат Цзи, такой способ не самый лучший. Самый лучший и самый эффективный способ — устроить ей романтический ужин при свечах. Романтика, комфорт и уют — и на следующий день её гнев улетучится. Твой братец поведает тебе непреклонную истину: нет ничего, что нельзя решить в постели».
Цзи Ян: «... пусть Цзи Юэ закажет для меня лучшие средства по уходу за кожей, позже я расплачусь с ней».
Гу Чжан Ань дважды вздохнул от сожаления: «Ты точно не хочешь подумать о более эффективном способе? Он точно будет полезнее».
Цзи Ян решительно завершил разговор.
Кажется, как муж, он немного забросил семью. Тан Тан всегда старалась для него, но он никогда ничего для неё не делал. Похоже, из-за прошлых размолвок он совсем не относился к ней, как к жене. Может быть, Дун Ли прав. Ему не стоит больше думать о том, что было раньше, важнее то, что будет в будущем. Сейчас Тан Тан действительно стала хорошей. Такие семейные отношения — это именно то, что ему было нужно.
Она же размышляла о том, как стать красивее? Ей должно понравиться, если я подарю ей средства по уходу за кожей.
Цзи Юэ очень быстро выполнила просьбу, и на следующий день на имя Цзи Яна были доставлены лучшие средства по уходу за кожей в мире.
В тот день, возвращаясь домой, Цзи Ян нёс коробку с женскими кремами. Такое зрелище, не соответствовало его образу крутого парня и привлекало внимание многих людей. Цзи Ян мог только проигнорировать всех и поскорее пойти домой.
Цзи Сяо Чжо первым заметил то, что было в руках у его отца. Он не знал, что внутри, и с любопытством начал рассматривать коробку. Сяо Чжо подумал, что там еда, но, когда понял, что это не так, он поднял взгляд и немного разочарованно спросил у отца: «Что это? Это мне?»
Цзи Ян щелкнул по маленькому лбу малыша и взглядом указал на кухню: «Я хочу подарить это твоей маме. Помоги папе передать это ей».
Цзи Сяо Чжо понял, что подарок предназначался для его матери, и его глаза загорелись. Малыш тут же воскликнул, широко раскрыв рот: «Папочка, ты ухаживаешь за мамочкой?»
Цзи Ян: «...Ты знаешь, что такое «ухаживание»?»
Цзи Сяо Чжо почувствовал, что его недооценивают, и тут же вздёрнул подбородок: «Я точно знаю, что «ухаживание» — это когда мальчик дарит девочке подарок, и она очень радуется, потому что становиться его девушкой».
«...» Ему же всего три года, но малыш уже знает такие вещи. Цзи Ян немного удивился, он не понимал, откуда Сяо Чжо это узнал, скорее всего, из телевизора.
Но то, что он делал, нельзя было назвать ухаживанием. Он лишь поддерживал семейную гармонию и давал Цзи Сяо Чжо хорошую среду для роста.
«Папе не нужно ухаживать за мамой, потому что мама уже папина жена. Разве мне нельзя дарить ей подарки?»
Цзи Сяо Чжо перевёл взгляд на Тан Тан, трудящуюся на кухне, а затем подошёл к отцу и прошептал ему на ухо: «Но, папочка, это же подарок для девушки, а значит, чтобы ей понравилось, ты должен отдать его лично. Так что, папочка, ты должен сам подарить его мамочке».
«...» Внезапно Цзи Ян решил, что в будущем Цзи Сяо Чжо не стоит так много смотреть телевизор. Он действительно испугался, что этот парень очень скоро приведёт домой маленькую жену.
Цзи Сяо Чжо наотрез отказался дарить подарок вместо отца. В отчаянии Цзи Ян решил сам отдать подарок, но в юности он только получал подарки от девушек и никогда ничего не дарил сам. Ему было так неловко, что он не мог вымолвить ни слова.
В итоге он досидел до конца ужина, а потом они пошли спать. Цзи Ян так и не смог отдать подарок. Он так волновался, что Цзи Сяо Чжо прищурился и сморщил своё маленькое личико, от чего он ещё больше напоминал маленькую булочку.
Тан Тан подозрительно посмотрела на Цзи Сяо Чжо: «Бао Бао, что у тебя с лицом? Тебе нехорошо?»
Цзи Сяо Чжо так испугался, что тут же вернул своему лицу нормальное выражение и покачал головой, сказав: «Нет, мамочка. По телевизору говорят, что такие упражнения делают лицо подтянутым. У меня слишком пухлое лицо. Мне нужно стать стройнее и красивее».
Правда? Она ничего такого не слышала. Тан Тан, кажется, поверила его словам и кивнула.
В это время Цзи Ян украдкой поглядывал на сообразительного Бао Бао, и оценивающе рассматривал его.
У Цзи Сяо Чжо не было выбора, кроме как развести руками. Если его отец не мог решить это сам, то малыш больше ничем не мог ему помочь.
Цзи Ян уставился на Тан Тан, делающую ему ванночку для ног. Заметив, что она сегодня даже не взглянула на него, а также избегала его взгляда и даже не улыбалась ему, Цзи Ян почувствовал, что больше не может этого выносить. В последний момент он достал коробку и молча протянул Тан Тан.
Тан Тан моргнула, и очень смущённо спросила: «Что это?»
Цзи Ян откашлялся и сказал с невозмутимым выражением на лице: «Это средства по уходу за кожей. Кое-кто прислал их мне, но я не пользуюсь такими вещами, поэтому отдаю тебе».
Тан Тан удивилась, кто мог отправить такие вещи Цзи Яну, но, поразмыслив, решила не вдаваться в подробности: «Спасибо… спасибо, я буду бережно с ними обращаться».
Цзи Ян ожидал, что она в восторге откроет коробку, и мило скажет ему: «Спасибо, муженек, мне очень нравится!», но в итоге она просто поблагодарила его и пошла в ванную.
Кажется, она совсем не в восторге. Ей не понравилось?
Даже когда Бао Бао уснул и захрапел, Цзи Ян всё ещё ничего не мог понять. Он повернул голову. В темноте он не мог определить, спит ли Тан Тан или нет, поэтому он позвал её: «Тан Тан?»
«Что случилось муж мой?» — Тан Тан не спала.
Цзи Ян замешкался, но всё же спросил: «Тебе... тебе не понравилось?»
«А? Что?»
«Те средства по уходу за кожей, тебе они не понравились?»
Тан Тан опешила и подумала, что Цзи Ян сегодня был очень странным, но все же честно ответила: «Нет, мне они очень понравились, моей коже они просто необходимы, и те средства, что ты мне дал, похоже очень хорошего качества».
«Я рад. Тогда... давай спать».
«Хорошо, тогда я буду засыпать».
Цзи Ян так и не дождался от Тан Тан, её ежедневной фразы «Спокойной ночи, муженёк», и услышал лишь звук её дыхания.
Цзи Яну вдруг захотелось покурить, но в присутствии жены и сына он сдержался.
На следующий вечер Цзи Ян снова позвонил Гу Чжан Аню. В этот раз он не стал дожидаться слов Цзи Яна и первым спросил: «Проблема всё та же?»
Хотя в его голосе слышалось злорадство, Цзи Ян должен был признаться: «Ей не понравился подарок, пусть Цзи Юэ купит для меня что-нибудь другое, что может понравиться женщинам».
На самом деле Гу Чжан Ань хотел сказать, что дело может быть не в подарке. Главное — найти причину, по которой человек недоволен. Но слова застряли у него в горле, желая подшутить над ним.
Он всё ещё недостаточно помучался. Пусть Цзи Ян пройдёт этот путь, и почувствует на себе, каково это — когда женщина разочарована в нём. Кто виноват, что этот парень всегда был таким крутым в глазах женщин? Эх, дело не в том, что Чжан Ань не хотел говорить ему об этом, просто время ещё не пришло.
Задумавшись, Гу Чжан Ань сказал: «Ну, я попрошу Цзи Юэ купить что-нибудь для тебя, но ты не можешь просто дарить вещи. Иногда лучше сделать для неё что-нибудь самому. Женщины — более эмоциональные существа, чем мужчины. Возможно, ей будет приятнее, если ты сделаешь ей массаж или помоешь ей ноги, чем если ты подаришь ей что-нибудь».
На другом конце провода Цзи Ян долго молчал, а потом повесил трубку.
Гу Чжан Ань откинулся на спинку стула и рассмеялся. Он уже представлял себе как Цзи Ян — этот крутой парень становиться на колени, чтобы помыть ноги своей жене, но, подумав об этом получше, он понял, что хочет слишком многого. Что-то подобное было не в характере Цзи Яна.
Цзи Юэ увидела, оцепеневшего мужа, и пнула его: «Что с тобой, невропатия?»
Гу Чжан Ань посадил Цзи Юэ к себе на колени и рассказал ей обо всём. В конце он добавил: «Сначала я хотел увидеть, как Цзи Ян моет ноги своей жене, но к сожалению, это невозможно. Этот парень с детства слишком холоден с женщинами, и он не сделает этого ни за что на свете».
Цзи Юэ не согласилась с этим утверждением и многозначительно улыбнулась: «Так сразу и не скажешь, но такой крутой парень, как Цзи Ян, столкнувшись с такой мягкой девушкой, как Тан Тан, обычно сам становится мягким. Подожди и увидишь».
Цзи Ян смотрел вдаль и ничего не ответил.
Дун Ли улыбнулся и достал сигарету. Он закурил и протянул сигарету Цзи Яну: «В последнее время ты постоянно о чём-то беспокоишься...»
Цзи Ян протянул руку и взял сигарету. Он воспользовался зажигалкой в руках Дун Ли, глубоко затянулся и медленно выпустил кольцо дыма.
«Старина Цзи, я давно не видел, чтобы ты курил. Раньше ты курил каждый раз, когда беспокоился о Сяо Чжо, но перестал курить с тех пор, как малыш вместе с Тан Тан переехали на базу. Я уж подумал, что ты бросил».
Возможно, никто бы и не подумал, что всегда безупречный и дисциплинированный Цзи Ян будет вести себя так по-детски. На самом деле Цзи Ян начал курить с пятнадцати лет, и делал это особенно яростно. Он мог выкурить две пачки сигарет за день. И так продолжалось до тех пор, пока не родился Цзи Сяо Чжо. С того момента, как Цзи Ян услышал детский плач, он стал следить за здоровьем. Лишь изредка, он мог скурить одну сигарету, когда отправлялся на миссию, так как беспокоился о Цзи Сяо Чжо и не мог увидеться с ним. С тех пор как Тан Тан и Сяо Чжо переехали на военную базу, Цзи Ян бросил курить. Сегодня он впервые за столько дней взял сигарету.
Очевидно, его что-то беспокоило.
Цзи Ян сбросил пепел: «Ничего такого».
Дун Ли совсем ему не поверил. Даже если бы он ничего не сказал, тот догадался бы сам: «Ты поссорился с Тан Тан? Всё настолько плохо?»
Цзи Ян затянулся сигаретой.
Похоже, так и было. Дун Ли не мог сдержать любопытства: «Вы действительно повздорили? Разумно было бы предположить, что такого не должно было произойти. Теперь, когда Тан Тан так хорошо себя вела, и заботилась о тебе, словно ты её ребёнок, разве могла она с тобой поссориться? Думаю, твоё бесстрастное лицо не пошло на пользу в этой ситуации».
О прежней Тан Тан Дун Ли не мог сказать ничего хорошего, но нынешняя Тан Тан стала мягкой, как моти. Она стала добросердечной и очень послушной, и превозносила Цзи Яна до небес. Неужели она решила повздорить с Цзи Яном? Такое просто невозможно.
Цзи Ян взглянул на друга и сказал: «Не угадал, всё не так, как ты подумал, у нас всё в порядке».
Дун Ли не поверил его словам. Он предположил, что, скорее всего, Цзи Ян не простил Тан Тан за её прошлые поступки, и тут же начал его убеждать: «Брат Цзи, пусть прошлое остается в прошлом, то что происходит сейчас, и произойдет в будущем — намного важнее. Поскольку Тан Тан потеряла память, тебе не следует цепляться за прошлое. Сейчас она стала очень хорошей, и со всей искренностью относится к вам с Сяо Чжо. Относись к ней более снисходительно. Давайте будем взрослыми людьми и будем вести себя разумно».
Цзи Ян бросил на него короткий взгляд: «С чего ты взял, что я переживаю о прошлом?»
Дун Ли задумался. Цзи Ян не из тех людей, кто будет чрезмерно заботиться о женщине, он просто не знал как с ними поладить. У него на лице всегда было невозмутимое выражение. Даже если его не волновали прошлые события, возможно, Тан Тан могла подумать, что это не так.
«Раз тебе нет дела до прошлого, то просто живите спокойно с Тан Тан. Тебе нужно относиться к ней лучше. Не забывай, что женщин нужно баловать. Если ты не будешь к ней добр, то не жди что она всегда будет отвечать тебе взаимностью».
Хотя у Дун Ли не было семьи, у него был большой опыт в любовных делах, и он действительно понимал, как ладить с женщинами, поэтому Цзи Ян не воспринимал его слова как шутку.
Дун Ли решил, что Цзи Ян продолжит молчать, но тот несколько раз затянулся сигаретой, и сказал: «...Я не злюсь на неё из-за того, что было раньше».
Дун Ли закатил глаза: «Не испытывать к ней неприязни и относиться к ней хорошо — это две разные вещи. Забудь, такой мужчина, как ты, ничего не поймет. Вот что я скажу, мы все должны отдать должное Чжан Чэну, из нас всех он относится к своей жене лучше всех. Ты же видел, как хорошо Чжан Чэн относится к Юй Вэй. Он отдает ей всю свою зарплату и делает работу по дому. Кроме того, он тепло провожает её и приветствует по возвращению домой, каждый год дарит ей подарки на день рождения и день Святого Валентина. Думаю, этот парень даже моет ноги своей жене перед сном!»
Дун Ли сказал это, и у него по спине побежали мурашки: «Неважно, не все могут баловать своих жен так, как Чжан Чэн. Мы мужчины слишком боимся потерять своё достоинство, но даже если постараться работать усерднее, и достичь хотя бы трети того, что делает он, уже будет хорошо. Уже этого будет достаточно, чтобы твоя жена была готова умереть за тебя».
Цзи Ян молча выпустил дым изо рта, посмотрел вдаль и задумался.
Отдавать все деньги? Делать работу по дому? Всю работу по дому делала Тан Тан, он ничего не делал, и все финансы находились под его контролем.
Тепло провожать и приветствовать по возвращению домой? Похоже, Тан Тан и это делала. Она провожала его на работу и встречала по возвращению, постоянно беспокоясь о нём.
Подарки на день рождения и день Святого Валентина? Похоже, он никогда не дарил ей подарков, только деньги, и он даже не знал, когда у неё день рождения.
Вымыть ноги? Даже это Тан Тан делала для него. Он никогда не делал для неё ничего подобного.
Задумавшись об этом, Цзи Яну показалось, что он никогда ничего не делал для Тан Тан. Она даже не покупала себе платья. Она сама шила себе одежду. Все деньги, которые он ей давал, она тратила на семью. Она ничего не тратила на себя.
Возможно, ей тяжело от того, что он плохо к ней относится. Поэтому она так несчастна в последнее время?
Дун Ли искренне надеялся, что его старый друг будет счастлив. Он видел перемены, произошедшие в нём благодаря Тан Тан и Сяо Чжо. Цзи Ян чувствовал себя счастливым, хотя и не осознавал этого. Поэтому Дун Ли не хотел, чтобы его друг потерял обретенное счастье только потому, что не понимал своих чувств.
«В прошлом я советовал тебе развестись с Тан Тан, но теперь ситуация изменилась. Тан Тан забыла о прошлом. Теперь характер у неё хороший, она стала доброй и добродетельной. Все твои младшие братья завидуют тому, как она балует тебя и Сяо Чжо. Кроме того, она биологическая мать Сяо Чжо. Если вы сможете забыть о прошлом и двигаться дальше, то так будет только лучше для Сяо Чжо. И многие видят, что ты действительно нравишься Тан Тан. Пока ты рядом, её взгляд всегда будет следовать за тобой. Такой взгляд вызывает одно расстройство у нас — одиноких мужчин. Так что, ты должен дать ей шанс. Так будет лучше для вас двоих, не позволяй Тан Тан ожесточить своё сердце».
Цзи Ян потушил ещё не выкуренную сигарету и выпрямился, чтобы похлопать Дун Ли по плечу: «Я ухожу».
«Эй, ты куда? Ты не слышал, что я сказал?»
***
Цзи Ян пришел домой намного раньше обычного. Тан Тан сидела на диване и шила одежду. Она очень удивилась увидев, что Цзи Ян вернулся так рано: «Ты так рано вернулся? Я ещё не готовила ужин, я пойду и приготовлю прямо сейчас».
Цзи Ян остановил её, придерживая за плечи: «Ещё рано, я подожду, можешь продолжать заниматься своими делами».
Тан Тан посмотрела на часы и убедилась, что для ужина было ещё рано. Ужин можно было приготовить позже. Она бросила на Цзи Яна быстрый взгляд, опустила голову и продолжила шить.
Цзи Ян молча сидел на диване и наблюдал за тем, как она управляется с иголкой, а затем перевел взгляд с её рук на одежду, которую она шила.
«Это платье отличается от того, что ты шила некоторое время назад», — внезапно сказал он.
Тан Тан кивнула: «В прошлый раз я шила платье для Вэнь Вэнь. Я уже отдала его ей. Теперь я шью аоцюнь для Цзи Юэ. В прошлый раз на празднике бабушки Чжо в честь дня рождения, она сказала, что хочет себе такой же наряд. Я пообещала сделать его для неё».
Цзи Ян облизнул губы, и задумался, устремив свой взгляд куда-то вдаль. Он вспомнил, что, когда Тан Тан впервые купила ткань, она сказала, что купила ткань для него и Сяо Чжо. Она сказала, что собирается сшить для него рубашку, а для Сяо Чжо комбинезон. Но он ещё не видел, чтобы она шила ему рубашку.
Она больше не хотела шить её для него?
Цзи Яну вдруг стало очень некомфортно, но он не мог спросить, в чём дело, и это его немного раздражало. Он просто встал и захотел найти себе занятие, но ничего не мог придумать. Дом был очень хорошо убран, и ему нечего было делать. Ему ничего не оставалось, кроме как зайти в комнату, взять свои военные книги и начать читать.
Однако, взяв книгу, Цзи Ян не мог понять, что в ней было написано. Он просто отложил книгу, закрыл глаза и погрузился в раздумья. Через несколько секунд он достал свой мобильный телефон и позвонил Гу Чжан Аню.
Гу Чжан Ань очень удивился, когда тот позвонил ему в такое время. Но когда Цзи Ян произнёс первую же фразу, у него подбородок отвис от удивления.
«Что ты обычно делаешь, когда Цзи Юэ расстроена?»
Гу Чжан Ань решил, что неправильно его понял, и переспросил: «Что ты сказал?»
Цзи Ян снова повторил: «Что ты обычно делаешь, когда Цзи Юэ расстроена?»
Гу Чжан Ань наконец убедился, что правильно всё расслышал, и поднял опустившийся подбородок. После долгого молчания он сказал: «Тан Тан расстроена, и ты хочешь её утешить?»
Цзи Ян ничего не ответил.
Гу Чжан Аню вдруг захотелось рассмеяться. Он не ожидал, что наступит день, когда Цзи Ян, который никогда не обращал внимания на женщин, захочет утешить свою жену. Гу Чжан Аню вдруг захотелось поделиться этим со всеми. Что же ему делать?
Но как бы он этого не хотел, он не мог этого сделать. Гу Чжан Аню пришлось сдержаться, чтобы не рассмеяться во весь голос. Он попытался сделать вид, что ничего особенного не произошло: «Всё просто! Если Цзи Юэ расстроена, я дарю ей подарки. Я покупаю для неё красивую одежду и украшения, иногда косметику или средства по уходу за кожей. Она сразу же становиться счастливее».
Гу Чжан Ань сказал это, и его голос внезапно стал более серьёзным: «Но, брат Цзи, такой способ не самый лучший. Самый лучший и самый эффективный способ — устроить ей романтический ужин при свечах. Романтика, комфорт и уют — и на следующий день её гнев улетучится. Твой братец поведает тебе непреклонную истину: нет ничего, что нельзя решить в постели».
Цзи Ян: «... пусть Цзи Юэ закажет для меня лучшие средства по уходу за кожей, позже я расплачусь с ней».
Гу Чжан Ань дважды вздохнул от сожаления: «Ты точно не хочешь подумать о более эффективном способе? Он точно будет полезнее».
Цзи Ян решительно завершил разговор.
Кажется, как муж, он немного забросил семью. Тан Тан всегда старалась для него, но он никогда ничего для неё не делал. Похоже, из-за прошлых размолвок он совсем не относился к ней, как к жене. Может быть, Дун Ли прав. Ему не стоит больше думать о том, что было раньше, важнее то, что будет в будущем. Сейчас Тан Тан действительно стала хорошей. Такие семейные отношения — это именно то, что ему было нужно.
Она же размышляла о том, как стать красивее? Ей должно понравиться, если я подарю ей средства по уходу за кожей.
Цзи Юэ очень быстро выполнила просьбу, и на следующий день на имя Цзи Яна были доставлены лучшие средства по уходу за кожей в мире.
В тот день, возвращаясь домой, Цзи Ян нёс коробку с женскими кремами. Такое зрелище, не соответствовало его образу крутого парня и привлекало внимание многих людей. Цзи Ян мог только проигнорировать всех и поскорее пойти домой.
Цзи Сяо Чжо первым заметил то, что было в руках у его отца. Он не знал, что внутри, и с любопытством начал рассматривать коробку. Сяо Чжо подумал, что там еда, но, когда понял, что это не так, он поднял взгляд и немного разочарованно спросил у отца: «Что это? Это мне?»
Цзи Ян щелкнул по маленькому лбу малыша и взглядом указал на кухню: «Я хочу подарить это твоей маме. Помоги папе передать это ей».
Цзи Сяо Чжо понял, что подарок предназначался для его матери, и его глаза загорелись. Малыш тут же воскликнул, широко раскрыв рот: «Папочка, ты ухаживаешь за мамочкой?»
Цзи Ян: «...Ты знаешь, что такое «ухаживание»?»
Цзи Сяо Чжо почувствовал, что его недооценивают, и тут же вздёрнул подбородок: «Я точно знаю, что «ухаживание» — это когда мальчик дарит девочке подарок, и она очень радуется, потому что становиться его девушкой».
«...» Ему же всего три года, но малыш уже знает такие вещи. Цзи Ян немного удивился, он не понимал, откуда Сяо Чжо это узнал, скорее всего, из телевизора.
Но то, что он делал, нельзя было назвать ухаживанием. Он лишь поддерживал семейную гармонию и давал Цзи Сяо Чжо хорошую среду для роста.
«Папе не нужно ухаживать за мамой, потому что мама уже папина жена. Разве мне нельзя дарить ей подарки?»
Цзи Сяо Чжо перевёл взгляд на Тан Тан, трудящуюся на кухне, а затем подошёл к отцу и прошептал ему на ухо: «Но, папочка, это же подарок для девушки, а значит, чтобы ей понравилось, ты должен отдать его лично. Так что, папочка, ты должен сам подарить его мамочке».
«...» Внезапно Цзи Ян решил, что в будущем Цзи Сяо Чжо не стоит так много смотреть телевизор. Он действительно испугался, что этот парень очень скоро приведёт домой маленькую жену.
Цзи Сяо Чжо наотрез отказался дарить подарок вместо отца. В отчаянии Цзи Ян решил сам отдать подарок, но в юности он только получал подарки от девушек и никогда ничего не дарил сам. Ему было так неловко, что он не мог вымолвить ни слова.
В итоге он досидел до конца ужина, а потом они пошли спать. Цзи Ян так и не смог отдать подарок. Он так волновался, что Цзи Сяо Чжо прищурился и сморщил своё маленькое личико, от чего он ещё больше напоминал маленькую булочку.
Тан Тан подозрительно посмотрела на Цзи Сяо Чжо: «Бао Бао, что у тебя с лицом? Тебе нехорошо?»
Цзи Сяо Чжо так испугался, что тут же вернул своему лицу нормальное выражение и покачал головой, сказав: «Нет, мамочка. По телевизору говорят, что такие упражнения делают лицо подтянутым. У меня слишком пухлое лицо. Мне нужно стать стройнее и красивее».
Правда? Она ничего такого не слышала. Тан Тан, кажется, поверила его словам и кивнула.
В это время Цзи Ян украдкой поглядывал на сообразительного Бао Бао, и оценивающе рассматривал его.
У Цзи Сяо Чжо не было выбора, кроме как развести руками. Если его отец не мог решить это сам, то малыш больше ничем не мог ему помочь.
Цзи Ян уставился на Тан Тан, делающую ему ванночку для ног. Заметив, что она сегодня даже не взглянула на него, а также избегала его взгляда и даже не улыбалась ему, Цзи Ян почувствовал, что больше не может этого выносить. В последний момент он достал коробку и молча протянул Тан Тан.
Тан Тан моргнула, и очень смущённо спросила: «Что это?»
Цзи Ян откашлялся и сказал с невозмутимым выражением на лице: «Это средства по уходу за кожей. Кое-кто прислал их мне, но я не пользуюсь такими вещами, поэтому отдаю тебе».
Тан Тан удивилась, кто мог отправить такие вещи Цзи Яну, но, поразмыслив, решила не вдаваться в подробности: «Спасибо… спасибо, я буду бережно с ними обращаться».
Цзи Ян ожидал, что она в восторге откроет коробку, и мило скажет ему: «Спасибо, муженек, мне очень нравится!», но в итоге она просто поблагодарила его и пошла в ванную.
Кажется, она совсем не в восторге. Ей не понравилось?
Даже когда Бао Бао уснул и захрапел, Цзи Ян всё ещё ничего не мог понять. Он повернул голову. В темноте он не мог определить, спит ли Тан Тан или нет, поэтому он позвал её: «Тан Тан?»
«Что случилось муж мой?» — Тан Тан не спала.
Цзи Ян замешкался, но всё же спросил: «Тебе... тебе не понравилось?»
«А? Что?»
«Те средства по уходу за кожей, тебе они не понравились?»
Тан Тан опешила и подумала, что Цзи Ян сегодня был очень странным, но все же честно ответила: «Нет, мне они очень понравились, моей коже они просто необходимы, и те средства, что ты мне дал, похоже очень хорошего качества».
«Я рад. Тогда... давай спать».
«Хорошо, тогда я буду засыпать».
Цзи Ян так и не дождался от Тан Тан, её ежедневной фразы «Спокойной ночи, муженёк», и услышал лишь звук её дыхания.
Цзи Яну вдруг захотелось покурить, но в присутствии жены и сына он сдержался.
На следующий вечер Цзи Ян снова позвонил Гу Чжан Аню. В этот раз он не стал дожидаться слов Цзи Яна и первым спросил: «Проблема всё та же?»
Хотя в его голосе слышалось злорадство, Цзи Ян должен был признаться: «Ей не понравился подарок, пусть Цзи Юэ купит для меня что-нибудь другое, что может понравиться женщинам».
На самом деле Гу Чжан Ань хотел сказать, что дело может быть не в подарке. Главное — найти причину, по которой человек недоволен. Но слова застряли у него в горле, желая подшутить над ним.
Он всё ещё недостаточно помучался. Пусть Цзи Ян пройдёт этот путь, и почувствует на себе, каково это — когда женщина разочарована в нём. Кто виноват, что этот парень всегда был таким крутым в глазах женщин? Эх, дело не в том, что Чжан Ань не хотел говорить ему об этом, просто время ещё не пришло.
Задумавшись, Гу Чжан Ань сказал: «Ну, я попрошу Цзи Юэ купить что-нибудь для тебя, но ты не можешь просто дарить вещи. Иногда лучше сделать для неё что-нибудь самому. Женщины — более эмоциональные существа, чем мужчины. Возможно, ей будет приятнее, если ты сделаешь ей массаж или помоешь ей ноги, чем если ты подаришь ей что-нибудь».
На другом конце провода Цзи Ян долго молчал, а потом повесил трубку.
Гу Чжан Ань откинулся на спинку стула и рассмеялся. Он уже представлял себе как Цзи Ян — этот крутой парень становиться на колени, чтобы помыть ноги своей жене, но, подумав об этом получше, он понял, что хочет слишком многого. Что-то подобное было не в характере Цзи Яна.
Цзи Юэ увидела, оцепеневшего мужа, и пнула его: «Что с тобой, невропатия?»
Гу Чжан Ань посадил Цзи Юэ к себе на колени и рассказал ей обо всём. В конце он добавил: «Сначала я хотел увидеть, как Цзи Ян моет ноги своей жене, но к сожалению, это невозможно. Этот парень с детства слишком холоден с женщинами, и он не сделает этого ни за что на свете».
Цзи Юэ не согласилась с этим утверждением и многозначительно улыбнулась: «Так сразу и не скажешь, но такой крутой парень, как Цзи Ян, столкнувшись с такой мягкой девушкой, как Тан Тан, обычно сам становится мягким. Подожди и увидишь».