Переводчик английской версии: Khan Редактор английской версии: SootyOwl
Служанки обслуживали слегка взъерошенную графину, от которой исходил сладкий запах алкоголя. Они помогли ей снять одежду и украшения, после чего она без одежды растянулась на кровати. Графиня не спала, поэтому у неё было достаточно времени для разговора.
«Мне есть, о чем поговорить с мамой, так что все уходите».
Заставив всех слуг, массировавших тело и лицо графини, покинуть комнату, Ария села у головы матери и принялась перебирать её блестящие волосы.
Графиня знала, что дочь становилась такой ласковой только тогда, когда чего-то хотела, медленно моргнув опьяненными глазами, она спросила: «… Что случилось?»
«Ничего особенного, но думаю, что должна рассказать Вам кое-что, матушка, так как инцидент произошел в имении Розент. Ранее со мной чуть не произошел несчастный случай».
«Серьезный несчастный случай?»
«Несчастный случай с каретой. Я чуть не пострадала».
Услышав, что с её единственной дочерью чуть не произошел серьезный несчастный случай, хмель внезапно исчез с лица графини. На её щеках всё ещё оставался румянец, но ясный взгляд её глаз заставил Арию почувствовать привязанность матери со смесью тревоги и беспокойства.
Ария слегка улыбнулась, а её мать нахмурилась.
«Объясни мне, о чем ты говоришь. С тобой чуть не произошел несчастный случай?»
«Верно. Мой глупый кучер уехал домой, не спросив у меня разрешения, и во время обеда получил пищевое отравление, а сменивший его мужчина, приехал на сломанной карете. Словно он специально так сделал».
Из-за сломанной кареты её бедра и спина всё ещё немного покалывали. На лице графини отразился ужас, когда Ария сообщила, что виновники оказались очень грубы и не признали своей вины.
«Если это правда, я не смогу их простить».
«Мне ничего об этом не сообщалось. Но забудем обо мне. Вы, матушка — хозяйка особняка, тоже не получали известий о недавних событиях».
«…»
«Может быть, в особняке до сих пор считают нас с мамой бесполезными существами. Мне ужасно грустно».
Хотя не было необходимости напоминать ей об этом, этих слов оказалось достаточно, чтобы вызвать гнев графини.
Графиня сразу же оделась и созвала всех слуг и горничных особняка. Вскоре после её вызова все собрались в холле на первом этаже. В отличие от её обычных томных взглядов, обращенных на слуг, те, кто впервые увидел проницательные и решительные глаза графини, выглядели озадаченными. Конечно же, некоторые из них испугались и бесконтрольно тряслись, в том числе и кучер, который ранее обидел Арию.
Настроение графини выглядело зловещим, все слуги и горничные закрыли рты и смотрели в пол. Нарушив молчание, графиня стала рассказывать всем о событиях этого дня, и спросила, правда это или нет.
«… Итак, правда ли, что кучер по имени Яги покинул свой пост, не спросив разрешения у Арии, и что другой кучер направился из особняка ему на замену, но также не сообщил об этом, и даже взял сломанную карету, что чуть не стало причиной серьезного происшествия?»
Взгляд графини достиг Электа, а за ней ещё десятки взглядов обратились к нему, потому что он единственный, кому задавались вопросы.
Элект медленно начал извиняться, приготовившись справиться со всеми этими вопросами и взглядами в одиночку.
«Э-это произошло так внезапно, что, кажется, я ошибся и сел не в ту карету…»
«Ты сел не в ту карету... Значит, это управляющий транспортом заставил тебя сесть не в ту карету, должно быть, он пренебрегает своей работой»
Графиня попыталась переложить вину на управляющего транспортом, но тот вскочил и стал возражать, что подобное никогда не могло произойти. Его лицо покраснело, мужчина выглядел обезумевшим от ложных обвинений.
«Какой абсурд! Во-первых, сломанные кареты мы храним на другом складе! Карета, которую взял Элект, хранилась далеко от главного здания!»
«Правда?»
«Да! Подобное правило существовало с момента основания семьи, и все сотрудники знали об этом!»
После страстного ответа управляющего, нашлись те, кто поддержал его заявление, они кивали, подтверждая его правоту. Все знали о правилах дома, так что не было необходимости повторяться.
Графиня довольно плавно загоняла кучера в угол. Ария спокойно наблюдала за ситуацией рядом с ней и упомянула человека, не участвовавшего в этом деле, чтобы загнать кучера в болото, из которого он не сможет выбраться.
«Мама, разве это не работа дворецкого – направлять слуг на работу, так разве это не он всё организовал? В противном случае кучер не взял бы сломанную карету».
“Неужели виноват дворецкий?”
Дворецкий Фрэнк проработал в особняке много лет и посвятил себя телом и душой семье Розент. Все сочли заявление Арии нелепым, но не невозможным, поэтому все с нетерпением ждали его оправдании.
«…»
Однако, к сожалению, он не смог заявить о своей невиновности.
“Причастен ли в этом дворецкий?” Основываясь на своём прошлом опыте, Ария считала его нейтральной стороной. Теперь она сомневалась, что он к этому не причастен.
Он стал неожиданным соучастником. Даже Ария посмотрела на него с сомнением, и в этот момент он объявил о своей некомпетентности с мертвецки темным лицом: «Мне стыдно Вам такое говорить, но я узнал об этом всего лишь мгновение назад... хотя моя работа – знать и управлять всем, что происходит в особняке. Я решил, что Яги вернулся на обед, получив разрешение Леди Арии, и что кучер, занявший его место, отправился в исправной карете. Конечно же, я был уверен, что они не забудут отчитаться. У меня не возникло сомнений, потому что произошедшие события выглядели волне естественно. Мне так жаль».
Закончив говорить, он низко поклонился и признал свои ошибки, оставаясь согнутым даже по прошествии некоторого времени.
«Вы что-нибудь об этом знали? Что нам теперь делать?», — из чьих-то уст исходил плач. Его ошибки многих удивили, хотя этот человек, всегда мудро управлял особняком.
Ария некоторое время сердито смотрела на него. Она беспокоилась о том, стоит ли ей спасти его или выгнать вместе с кучерами.
Он не проявлял дружелюбия по отношению к Арии и её матери, но он не пренебрегал своей работой и не относился к кому-либо предвзято. Она думала, что если он и дальше будет сохранять нейтралитет, то не станет причиной её беспокойства.
“Стоит ли спасать его?”
Более того, было бы хорошо, если бы большинство людей в особняке следовали за дворецким и доверяли ему.
«Фрэнк всегда аккуратно относился к своей работе, так что тут не может быть вопросов. Не могу не отметить, что слуги намеренно организовали происшествие, за спиной Фрэнка. Я уверена, что они сделали это, потому что не доверяют мне. От этого мне так грустно».
Ария наконец решилась и произнесла слова в защиту Фрэнка, от чего дворецкий задрожал. Похоже, он не ожидал, что она поможет ему.
Дворецкого, которого спасла Ария, убрали из числа подозреваемых, и вся вина была возложена на извозчиков. Ария посмотрела на Миэль, которая стояла с суровым лицом в углу, немного подальше от графини.
“Миэль, как ты собираешься ответить на мой следующий ход?”
«Я лучше вызову стражей столицы».
«Стражей столицы?», — спросила графиня, удивленная словами Арии.
«Если кучер намеренно выбрал сломанную карету… Должно быть у него в планах было навредить мне. Я благополучно вернулась в особняк, но, если бы что-то пошло не так, карета могла бы обрушиться, и я могла бы умереть. Кроме того...», — продолжила Ария, оглядывая толпу в холле. «… Если дворецкий не знал об этом, значит, они намеренно планировали причинить мне вред».
Лица всех присутствующих были потрясены ужасным выводом. На самом деле это был наиболее вероятный вывод. Всё было спланировано, потому что Ария им не нравилась.
Конечно, в карете не хватало всего нескольких деталей и их было недостаточно, чтобы вызвать серьезное происшествие, но об этом знали лишь немногие. Кроме того, когда возникло предположение о произошедшем, никто не мог встать на защиту кучера, кроме Миэль, которая предположительно организовала эту ситуацию.