Переводчик английской версии: Khan Группа редакторов английской версии: Liber Reverie
“Миэль, что бы ты почувствовала, если бы та, которую ты презирала, начала обращалась с тобой так же вульгарно?” В глазах Арии вспыхнул злобный огонёк.
«Я надеюсь, что ты отдашь мне Миэль, но она слишком сильно провинилась, чтобы просто так спустить ей всё с рук, так что перед этим ты вполне можешь наказать её по заслугам».
Слова Арии прозвучали как просьба отдать ей Миэль после того, как он достаточно её помучает, и на мгновение глаза Астера сузились. Он не стал отказывать Арии, проявляющей жестокость, скорее он восхищался ею и тем, как она старалась выжать все соки из своего врага, попавшего ей в руки, до конца, ничего не упуская.
И Ария знала, что Астера привлекает такая черта её характера, поэтому могла без колебаний открыть перед ним своё истинное лицо.
«Хорошо. Думаю, что в конце концов она заплатит за все свои грехи прошлого и настоящего, и я сделаю так, как ты сказала».
«Спасибо».
Ария лучезарно улыбнулась. Она не была похожа на человека, который стал бы кого-то преследовать или наказывать, и тогда Астер сказал с очень смущенным видом:
«Ты так счастлива, что мне не хочется возвращаться».
«Тогда останься ненадолго, а потом возвращайся. Не хочешь пообедать вместе?»
Когда Астер понял, что она притворяется, будто не знает, что он не может остаться, на его лице отразилось ещё большее сожаление.
«... Я злюсь из-за того, что не могу этого сделать».
«Я ничего не могу с этим поделать, но тебе нужно поскорее закончить работу».
Несмотря на то, что Ария говорила верные слова, разочарование Астера никуда не делось. Ария нежно взяла его за руку и подбодрила.
«Почему бы нам не отправиться в отпуск после того, как вся работа будет завершена? Хоть путь и не близкий, я хочу поехать к морю только с тобой».
От её слов лицо Астера помрачнело. Учитывая его статус, слуги и рыцари всегда следовали за ним, поэтому Астер не мог скрыть свои мысли, поняв тайный намёк Арии, знающей, что он не может путешествовать один.
«...Мне нужно закончить работу».
«Я подожду».
Когда Ария уже собиралась встать со своего места, оставив чай почти нетронутым, выпив совсем немного, Астер внезапно остановил её.
«...Леди Ария».
Астер произнёс имя Арии чуть тише, чем обычно. По этому странному, но знакомому тону голоса она сразу догадалась, что он скажет дальше, и медленно повернулась, чтобы посмотреть ему в глаза.
«Да».
«... Можно тебя поцеловать?»
От такого прямого вопроса Ария на мгновение растерялась и уставилась на него непонимающим взглядом, а затем ответила мягким тоном:
«В прошлый раз ты делал, что хотел, а теперь спрашиваешь моего разрешения?»
«...Я был так взволнован в тот раз, вот почему я это сделал, но я побоялся, что ты могла расстроиться», — осторожно начал Астер.
“Нет, я была немного удивлена, но не расстроена. Однако я была так взволнована, что моё сердце колотилось всю ночь.”
«Вовсе нет, я просто была удивлена».
Как только она ответила, Астер перестал беспокоиться. Он поднял руку и коснулся её нежной щеки.
«Тогда в будущем я буду делать то, что захочу».
Астер тут же поцеловал её, даже не услышав ответа, словно действительно собирался поступать так как ему хочется с этого момента.
* * *
Слухи о том, что все сторонники аристократии были пойманы на измене, распространились по столице за полдня, а по всей Империи — не более чем за неделю. Для некоторых это была важная и опасная новость.
Те, кто заключил сделку со сторонниками аристократии или состоял с ними в отношениях, услышав эту новость, разорвали с ними все связи. Они в страхе наблюдали за развитием ситуации. Некоторые из них бежали из страны, сказав, что внезапно уезжают в отпуск.
Конечно, аристократы, попавшие в ловушку восстания, тоже пытались искупить свои грехи и мобилизовались всеми возможными способами, но всё пошло не по их плану из-за последней схемы наследного принца и Лохана, о которой они не знали.
«Все драгоценности в доме пропали!» — дворецкий сообщил шокирующую новость.
«... Что?!» — спросила Виконтесса Мерриарт, сглотнув от удивления.
Чтобы спасти мужа, обвинённого в измене, она попыталась нанять лучшего адвоката в Империи и собрать все оставшиеся богатства, не растраченные солдатами впустую. Поэтому такая новость была как гром среди ясного неба.
«Но вместо драгоценностей было оставлено это письмо...»
Руки Госпожи Мерриарт задрожали. Она взяла письмо у дворецкого, и её глаза непроизвольно расширились, прочитав несколько строк.
[Ранее с принцессой Фридрих Исидой было договорено, что если мы не сможем захватить Империю, то вы выплатите жалованье отправленным солдатам, поэтому мы взыскали эту сумму с особняка. Мы оставили вам подробный отчёт, пожалуйста, ознакомьтесь с ним, и, если сумма окажется недостаточной, позже мы выставим вам счёт на оставшуюся сумму.]
“Что за чёрт?” Виконтесса не могла в это поверить, проверяя документы снова и снова, но сумма не менялась.
«Драгоценности... Они все пропали?»
«Да, да...! Все дорогие украшения тоже пропали...» — ответил Дворецкий и кивнул.
Госпожа Мерриарт упала на пол.
«С Вами всё в порядке?»
Дворецкий удивлённо посмотрел на неё, проверив, в порядке ли она. Как он и ожидал, она быстро пришла в себя. К сожалению, её состояние, судя по бледности и дрожи в голосе, было не очень хорошим, и слуги, наблюдавшие за ней, не знали, что делать.
«Подождите, тихо!»
Виконтесса повысила голос, потому что люди вокруг подняли шум, а у неё разболелась голова. Она обхватила голову руками и на мгновение задумалась.
“Что мне теперь делать?..”
Если они забрали все драгоценности и украшения, как сказал дворецкий, то помочь мужу она никак не могла. Ей нужно было сообщить властям о любом имуществе, таком как особняк или поместье, следовательно продать его она не могла, но, если речь шла о драгоценностях или украшениях, она могла продать их тайно и выручить деньги. Однако они забрали всё, и ничего не осталось.
Наследный принц заранее арестовал их имущество: особняк и поместье, чтобы они не смогли заключить сделку о продаже, потому что, если их вина будет доказана и их заклеймят как предателей, вся их собственность будет конфискована Империей. Так что Виконтесса больше ничего не могла сделать для своего мужа, а поскольку он действительно был причастен к восстанию, его всё равно лишили бы титула и отобрали бы особняк и землю.
Более того, это был грех предательства, и, несомненно, не только виконт, но и вся его семья будут казнены. Виконтесса на мгновение моргнула и задумалась, крепко сжав свои кулаки.
«...Поддержите меня».
«Да, да!»
Служанки поспешили поднять Виконтессу, но её взгляд был холоден, совсем не так, как тогда, когда она читала письмо.
«...Подготовьте карету, соберите немного еды и одежду».
«Да...? Куда Вы направляетесь?» — спросил дворецкий.
Он выглядел удивленным, услышав, как она попросила собрать еду и одежду. Виконтесса ответила естественным тоном:
«Я возвращаюсь в Шератон. В любом случае, он сам готовился к измене, так что мне придется притвориться, что я об этом не знаю. Если его грех будет не значительным, я никоим образом не пострадаю. А пока мне придётся готовиться к разводу... Но если этого будет недостаточно, я спрячусь или уеду из страны... Я постараюсь как-нибудь выжить... Я не буду нести за всех вас ответственность, поэтому не буду звать вас за собой».
Единственным, кого Виконтесса выбрала, был дворецкий, потому что у неё не было ни гроша за душой, а остальные слуги, внезапно потерявшие работу, просто смотрели ей вслед. И её решение немедленно уйти от мужа было очень мудрым. Наследный принц давно готовился наказать сторонников аристократии. Не упустив возможности, он возложил на них ещё больше вины. Кроме того, появились неожиданные обвинители, и они уже не могли отрицать свою вину. Обвинителем был не кто иной, как Оскар, наследник герцогского рода Фридрих.
«Где грешник, Фридрих Оскар?»
После ареста герцога и Исиды — предводительницы мятежников, рыцари вернулись в особняк герцога, чтобы найти Оскара. Оскар был наследником герцогского рода, но он не принимал непосредственного участия в этом деле и не собирался подписывать какие-либо бумаги, так что он не был причастен к происходящему. Однако рыцари отправились на его поиски, хотя его и не нужно было арестовывать.