Из-за романа между самым гениальным и самой красивой студенткой факультета компьютерных наук университетские форумы в последнее время были очень оживленными. Через несколько дней всё успокоилось, новых сплетен не появлялось. Но в субботу вечером появилась новая публикация, которая снова привлекла внимание всех студентов.
Тема поста была такой: «Сенсация! Знаменитая студентка нашего университета бросает вызов скандальной красавице! Просто восторг!»
Сегодня я бесцельно зашла в блог одной талантливой девушки и наткнулась на очень свежий пост! Я просто заглянула туда, но кто бы мог подумать, что после прочтения я буду в таком восторге, и чем больше я читала, тем сильнее меня это захватывало. Так что я решила поделиться этим со всеми.
Сайт блога: http://www.xxxxx.blog.XXX.com.cn
Я не удержалась и скопировала весь пост.
А потом автор поста вставил в него весь текст из блога под заголовком [Кто виноват, что у тебя не 34-й размер груди?]. Пост был очень длинным. Сначала автор рассуждала на несколько бессмысленных тем, а затем описала, как вчера днем ходила с друзьями пить кофе. Она начала с описания вкуса и интерьера кафе. А потом перешла к той части, на которую указал автор поста.
...
...
Случайно заговорили о скандале, потрясшем университет в последние дни. Вспоминаю и не могу сдержать слёз.
«А»: «Видно, что мужчины, какими бы талантливыми и неординарными они ни были, всегда будут любить только женское лицо».
Смех.
«Б» не согласилась и указала на сидящую рядом с ними «В»: «Разве «В» не красивее? Она и талантлива, и красива, и они с самого начала были знакомы».
«А»: «Да, «В» удивительная красавица, полная талантов. Она влюблена в господина Сяо, но проиграла той, кто ей не ровня. Её разочарование и печаль невозможно выразить словами».
«А» сказала, что «В» просто наивная. Наверное, её техника соблазнения была не так хороша, как у других.
«Б» посмеялась над «В»: «Да уж, кто же виноват, что у тебя не 34-й размер».
После этого началась другая история. В каждом слове сквозили намеки на ум, соблазняющий мужчин, а также, казалось, скрывались уязвленная гордость и нарциссизм.
Автора письма звали «Люблю Шанель», она была известной в университете личностью и считалась талантливой. Обычно она писала о кофе и западной музыке. Предположительно, у неё была колонка в каком-то известном журнале.
Эр Си разозлилась ещё больше, пока читала: «О каком таланте идет речь, это же неприкрытое оскорбление!»
Вэй Вэй молчала, спокойно нажимая на мышку, чтобы пролистать страницу вниз. Пост был опубликован некоторое время назад. На него пришло много откликов, и многие пользователи с ним соглашались.
Но в этом не было ничего странного. Несмотря на то, что у Вэй Вэй были хорошие оценки, она выросла в обычной семье и не обладала какими-то особыми талантами. Для тех, кто не учился на факультете компьютерных наук, она была просто девушкой с выдающейся внешностью. Теперь, когда «Люблю Шанель» так о ней отозвалась, большинство разделило это мнение.
Конечно, были и те, кто считал, что «Люблю Шанель» поступила очень бестактно и завистливо, а ещё были те, кто пытался угадать, кто такая «В». Для этого кто-то создал отдельную ветку для голосования. Самой популярной версией была университетская красавица Мэн И Жань.
Сяо Лин и Си Си кипели от злости. Сяо Лин холодно рассмеялась: «Такие женщины, наверное, думают, что все мужчины в мире должны их любить. А если не любят, то только потому, что они поверхностны и не понимают внутренней красоты».
Си Си предложила идею: «Давайте опубликуем оценки Вэй Вэй, чтобы они опозорились».
Вэй Вэй наконец заговорила: «На что тут отвечать? От подобных публикаций неловкость испытывать должна не я».
Она не стала дочитывать ответы, Вэй Вэй нажала на красный крестик в правом верхнем углу. Ярость, конечно, никуда не делась, но, глядя на Эр Си и остальных, пылающих праведным гневом, Вэй Вэй почувствовала себя спокойнее. Отвечать не было смысла. Реальная жизнь — это не игра. В игре требовалась поспешность, нужно было действовать без промедления. В реальной жизни нужно было многое обдумать. Требовалось выбрать наиболее рациональный образ действий. Не отвечать в ответ было немного обидно, но это было лучше, чем устраивать шоу для других.
Но если подумать, Вэй Вэй могла сохранять такое спокойствие, потому что этот пост задел её лишь вскользь. Если бы он затронул запретную тему, она бы встретилась с автором лично. Она и раньше так делала.
Не найдя, что ещё сказать, и попрощавшись с «Хреном С Горы» и остальными, Вэй Вэй выключила компьютер и пошла в уборную, чтобы подготовиться ко сну.
Эр Си догнала её и постучала в дверь. «Вэй Вэй, ты не злишься?»
Вэй Вэй отложила полотенце, которым вытирала лицо, и посмотрела на себя в зеркало. Её взгляд излучал спокойствие, и она сказала: «Они хвалят меня за талант и красоту, так зачем злиться?»
Эр Си раздраженно сказала: «Вэй Вэй, ты что, ослепла? Они не говорили, что у тебя есть талант, они ясно дали понять, что у тебя нет мозгов».
«Тело — это тоже талант». Вэй Вэй открыла дверь в уборную: «А мозги — это то, что могут оценить только те люди, у кого они есть».
Эр Си не сразу нашла, что ответить. Осознав значение фразы, она с восхищением посмотрела на Вэй Вэй: «Вэй Вэй, какая же ты злая!»
Это ещё ничего. По словам «Хрена С Горы», по сравнению с Грандмастером, их таких девятерых дают за него одного.
Вэй Вэй состроила ей странную гримасу.
Эр Си немного успокоилась. Гнев утих, и она переключилась на другие мысли. Её взгляд скользнул по определенной части тела Вэй Вэй, и Эр Си очень вульгарно спросила: «Вэй Вэй, а у тебя правда 34-й размер?»
Субботний вечер закончился тем, что Эр Си была избита.
Грандмастер так и не позвонил, но Вэй Вэй не сердилась. Перед отъездом Грандмастер уже всё ей объяснил. В первый день после прилёта у него могло не быть времени ей позвонить.
На следующий день, вопреки ожиданиям Вэй Вэй, ситуация с блогом вышла из-под контроля. Во-первых, мужская часть факультета компьютерных наук сошла с ума.
Иначе и быть не могло.
На факультете компьютерных наук всегда было больше мужчин, чем женщин, и монахам всегда не хватало каши. На факультете редко рождались университетские красавицы, и эта красавица не совершила «прелюбодеяния» и не ушла на сторону. Она добилась успеха сама и осталась на факультете. Это было непросто! А теперь её критикуют за то, что у неё нет мозгов?
Это у автора нет мозгов, и у всей её семьи нет мозгов.
Так думали все мужчины на факультете.
В результате блог «Люблю Шанель» был взломан. Там они опубликовали список стипендиатов второго курса факультета компьютерных наук и, заодно, список стипендиатов факультета, на котором училась «Люблю Шанель». Вопреки всем ожиданиям, имени «Люблю Шанель» в списке не оказалось.
Сравнение двух списков стало отправной точкой.
В воскресенье вечером Эр Си сидела, склонившись над компьютером, и её сердце переполняла радость. «Парни с нашего факультета такие милые. Настоящие мужчины!»
Си Си тоже глянула на экран: «Вэй Вэй, это сделал твой Грандмастер?»
Вэй Вэй решительно покачала головой: «Конечно нет, он бы никогда не сделал ничего настолько очевидного».
Сяо Лин: «... Разве можно говорить о таких вещах таким почтительным тоном?»
Вэй Вэй слегка усмехнулась.
Си Си спросила: «А как отреагировал твой Грандмастер?»
«Э-э, я не говорила».
Сяо Лин чуть не упала в обморок: «Ты так долго разговаривала по телефону и ничего не сказала?!»
Она забыла об этом, как только взяла трубку *(╯﹏╰)*... Вэй Вэй была совершенно невинна. Да и Грандмастер был очень занят.
Эр Си не отрывалась от форума: «Вэй Вэй, ты знакома с Цао Гуаном и Лян Цин Ин? Почему они тебя защищают? Как странно».
Цао Гуан и Лян Цин Ин были второй причиной, по которой инцидент с блогом получил огласку.
В Университете А всегда было много талантливых мужчин и женщин. Одной из них была «Люблю Шанель». Цао Гуан и Лян Цин Ин были ещё более талантливыми. Если бы не слишком яркий свет Сяо Ная, эти люди могли бы стать ещё более известными.
Цао Гуан, настоящий гений в области лингвистики, славился своим цинизмом и общей разочарованностью в жизни.
Лян Цин Ин, талантливая в области китайского языка и бизнеса, славилась своим недоброжелательным характером и острым языком.
Но оба они по отдельности выступили в интернете в защиту Вэй Вэй.
Цао Гуан сказал: «Злость переполняет меня. Если ты просто завидуешь, так и скажи. Зачем прятаться в темном углу и выращивать ядовитые грибы? Учись у меня. Я завидую Сяо Наю. Ну и что с того!»
Лян Цин Ин не упомянула об этом посте, но поделилась своими впечатлениями о Вэй Вэй. Она похвалила Вэй Вэй за то, что та — редкая женщина, обладающая благородными качествами.
«На самом деле я не знаю». Вэй Вэй очень удивилась, что эти двое решились заговорить о ней. Она их совсем не знала.
С Цао Гуаном она познакомилась из-за досадного недоразумения.
Этот гений лингвистики всегда был циничным и озлобленным на общество. Однажды у входа в кампус он увидел, как одна известная красавица из университета вышла из очень дорогой машины. Он тут же проникся сочувствием к обездоленным и сделал на телефон фотографии, которые потом выложил на университетских форумах. Но у него все же были принципы, и он обрезал фото наполовину. На оставшейся части были видны только длинные стройные ноги девушки в джинсах и машина известной марки.
Как только пост появился, из-за деликатности темы и остроты пера автора он мгновенно стал горячей темой для обсуждения. Вэй Вэй случайно увидела его и тут же взорвалась от возмущения.
Потому что на фотографии была она.
В то время она училась на первом курсе и ещё не была одержима «Снами рек и озёр». В свободное время она занималась с десятилетним мальчиком. Мальчик рос в неполной семье, его мать работала. В тот день она как раз направлялась на работу и подвезла Вэй Вэй до самого входа в университет.
Она и подумать не могла, что этот невинный поступок станет поводом для обсуждения достоинств студенток Университета А. Вэй Вэй была в ярости. Благодаря дурной славе автора Вэй Вэй легко выяснила, кто скрывается за вымышленным именем. На следующий день она отправилась на кафедру иностранных языков, чтобы поговорить с этим человеком.
Выйдя из аудитории, Цао Гуан сразу увидел Бэй Вэй Вэй и подумал, что она пришла попросить его убрать фотографию. Он презрительно скривился и холодно спросил: «Что?»
Он не ожидал, что Вэй Вэй посмотрит на него с ещё большим презрением, а её тон станет ещё холоднее: «Друг, я пришла, чтобы спасти твоё мировоззрение».